37

+1

37. Новогоднее. У меня по-прежнему всё хорошо, полёт нормальный. Учу языки, в этом сезоне взялся сразу за два новых — итальянский и персидский; стараюсь много читать; восстанавливаю спортивную форму после карантина.

Пользуясь случаем, хочу попросить сделать пожертвование неполитическим организациям гражданского общества, которые нужно поддерживать (и я лично это делаю, и доверяю им) для того, чтобы они поддерживали всех нас.

1. Международная правозащитная группа «Агора» и проект Апология протеста: https://www.agora.legal/. Их адвокаты помогают всем по всей стране.

2. Мониторинг политических преследований «ОВД-Инфо»: https://ovdinfo.org/. Помимо мониторинга репрессий они также оказывают юридическую помощь задержанным.

3. Одно из лучших независимых СМИ в России «Медиазона»: https://donate.zona.media/. Их журналисты сидят на всех судах (https://zona.media/onlines) и освещают происходящее по всей стране, предавая огласке, чтобы мы имели возможность узнавать последние новости без госпропаганды и рекламы.

Без них было бы точно хуже. Поддержите их, хуже не будет.

Гражданское общество это не какие-то абстрактные вещи-в-себе, это очень хрупкая ткань и наши с вами действия по её поддержке, без которой ничего не изменится.

«If space and time, as sages say,
Are things which cannot be,
The fly that lives a single day
Has lived as long as we.
But let us live while yet we may,
While love and life are free,
For time is time, and runs away,
Though sages disagree.»

интервью Жиля Липовецкого

Весьма интересное интервью Жиля Липовецкого на актуальные темы и вопросы современности, если можно так выразиться.

Полный текст интервью: https://elpais.com/elpais/2020/01/28/eps/1580212910_212654.html

Нет, на самом деле очень хорошее. Если читаете по-испански, то рекомендую. Возможно где-то есть оригинал на французском, не знаю, не искал.

обнулённое электронное голосование

Всем, кто всерьёз поверил в электронное голосование: вас не просто обманули — ваши личные данные выложили в открытый доступ. Про анонимность и прочее даже начинать не буду.

Те, кто сейчас у власти, честные выборы делать никогда не собирались и не будут, даже не обольщайтесь — чем быстрее все это поймут, тем лучше.

«Медуза»: Власти фактически выложили в открытый доступ персональные данные всех интернет-избирателей:
https://meduza.io/feature/2020/07/09/vlasti-fakticheski-vylozhili-v-otkrytyy-dostup-personalnye-dannye-vseh-internet-izbirateley

Не зная с чего начать, свежей книги Геллмана про Сноудена и слежку или Болтона про Трампа, решил поддержать отечественного производителя и прочитать «Байки кремлёвского диггера», бумажная копия которой у меня образовалась.

Столько лет прошло, а там уже всё есть. На стр. 38, например, упоминается «обаятельный дебошир Ефремов-младший» (теперь уже не обаятельный и убийца). Путин там уже не стесняясь говорит: «Я вам скажу, что Конституционный суд примет такое решение, какое нужно.» (стр. 85). Теперь, с тех пор как Путин стал президентом, именно так и есть.

«Если ему нужно будет выдвигаться, значит будет принято такое решение. — заверил меня новый любимец руководства кремлевской администрации.» (стр. 85). Так что неудивительно, что теперь Конституционный суд поддерживает путинские поправки. Уже, получается, тогда было ясно.

К слову, о поварах. В книге есть воспоминания Немцова про шашлыки на даче Юмашева: «Валя с Таней молча сидели и злобно ели шашлыки. Которые готовил и подавал им какой-то мальчишка, которого я тогда и не знал. Я думал — это повар. Но потом мне сказали, что это — Роман Абрамович…» (стр. 67).

Открытка Кацу. «Но вот кто действительно мог уморить нас беседами, так это Явлинский. Этого политика долго упрашивать прийти в гости не приходилось. Но как только его впускали в дом, он затягивал свое обычное, мерное, нарциссической соло. И уже примерно на десятой минуте давно знакомой всем арии «Явлинский о Явлинском с любовью» мы тихо начинали засыпать, не похрапывая только из приличия.» (стр. 40-41).

Это всё к тому, что с конца 1990-х действующие лица почти не поменялись — там упоминаются практически все фамилии, что и сейчас. И чтобы что-то реально поменять, надо менять их всех, а не частично.

по поводу разблокировки Telegram

По поводу разблокировки Телеграма, а точнее, о принципиальной невозможности ничего заблокировать, я писал ещё в 2017. Сейчас отличный повод, чтобы достать этот текст из архива (ссылка внизу).

Вот, скажем, Володин столкнулся с этим новым дивным миром и, чтобы не выглядеть полным лузером, быстро переобулся: «Если суд принимает решение, оно должно быть исполнено. А если это решение исполнить невозможно, значит, его должны корректировать».

Его логику понять легко. Если не можешь выпороть море, то надо отменить сам приговор порки, иначе это кажется невозможностью проекции твоей власти, т.е. откровенной слабостью. Ирония в том, что это всё само по себе является капитуляцией перед новой реальностью.

Другое дело, что администрации президента пришлось адаптироваться под эту изменившуюся реальность и заполнить весь Телеграм анонимными сливными каналами (плюс рьяно и массово покупать контент в неанонимных). Впрочем, люди их зачем-то читают. Даже те, кто, скажем, не читает «АиФ» или «Комсомольскую правду», и не смотрит телевизор. Тоже вот вопрос интересный.

Книжное. Впервые после снятия карантина сходил вживую в «Фаланстер» за книгами. Заодно в букинистический подвал «Москвы». Стандартный маршрут, учитывая, что они через дорогу друг от друга, по разные стороны Тверской.

Изначально ходил за ещё двумя томами лекций Фуко в «Фаланстер». Они медленно, но всё же заходят. Как по мне, идеальное карантинное чтение в изоляции накануне принуждения к голосованию. Но, как водится, взял ещё разных. Кстати, в «Фаланстере» мало народу и перчатки дают на месте.

Там в продаже появился свежий, четвёртый, выпуск альманаха moloko plus — номер «Патриархат». Пополнил коллекцию, у меня все четыре выпуска. Я на карантине поддерживал их заказом мерча, теперь вот свежий зин взял.

Продолжая тему зинов, у них же, в «Фаланстере» (что, впрочем очевидно, не в магазине «Москва» же) сейчас есть в продаже «Философия панка» Крейга О’Хары, изданная в самиздат (DIY) формате. Я читал на английском уже на киндле, но такое не мог не взять.

Из новинок взял «Теорию дрона» (не только же «Чёрное зеркало» смотреть), свежее издание «Системы вещей» Бодрийяра на русском (опять же, читал на английском издательства Verso, но тут перевод Зенкина с его же вступлением — переводы Зенкина с французского я беру решительно сразу).

Внезапно откопал «Диссиденты» Глеба Морева в шикарном издании при поддержке «Colta». Взял за сущие копейки, даже обидно, что такое издание с такой полиграфией про диссидентов лежало по бросовой цене ниже чашки кофе. Пополнит теперь мою подборку книг про диссидентов в СССР.

Ещё взял свежачок «Страна имён. Как мы называем улицы, деревни и города в России» Сергея Никитина в серии НЛО «Что такое Россия». В этой серии бывают хорошие книги. Например, эта.

В подвале «Москвы» наконец-то купил себе «Философию свободы» Исайи Берлина по адекватной цене. У них в букинисте «Москвы» обратный случай: люди, сдающие на продажу книги, выставляют конский ценник крайне часто, и книги уныло лежат. Далеко не всегда можно что-то приличное взять. Но сегодня повезло.

Обещанных аж в апреле новинок Анашвили ещё нет. На этом сегодняшняя книжная рубрика закончена.

Ушёл читать. Чего и вам желаю.

система видеонаблюдения Orwell

Утренняя рассылка РБК заботливо сообщает: «Во всех школах появятся камеры с функцией распознавания лиц.
Все элементы системы видеонаблюдения подключены к системе Orwell, в которую интегрирован модуль распознавания лиц NtechLab. Он будет выявлять на территории школы людей, которые не имеют право там находиться».
«Эта же система может в будущем использоваться для учета рабочего времени сотрудников и контроля посещения школы учащимися».

Система наблюдения «Оруэлл» для тотального надзора за школьниками и учителями! От создателей системы «Платон» для взимания платы! Спешите видеть в ближайшей к вашему дому школе, если ещё не насладились этим в своём собственном подъезде [на дверях которых в Москве уже висят камеры с функцией распознавания лиц]!

Удивительно как быстро неконтролируемый паноптизм, повсеместное наблюдение за нами без нашего согласия становится нормой вообще везде. В глобальный Паноптикон, проще говоря, в тюрьму, превращаются все общественные пространства.

«Бесконечный допрос. Дознание, не имеющее конца, — детализированный и всё более расчленяющий надзор. Вынесение приговора, а одновременно — начало дела, которое никогда не будет закрыто.» Это уже не РБК, а Фуко, конечно же.

«Удивительно ли, что тюрьмы похожи на заводы, школы, казармы и больницы, которые похожи на тюрьмы?»

Уже неудивительно, это уже становится нормой, с нашего молчаливого согласия. Orwell — right in your face.

радикальная крайность

Ещё одна непопулярная мысль [по мотивам происходящего в мире и нашего импорта всего этого во внутренние дискуссии] пришла в голову пока бегал сейчас: если вам все вокруг вдруг стали казаться правыми или крайне правыми, то это повод задуматься — а не радикально ли вы полевели. Все кажутся правыми только с радикально, порой даже экстремально левой позиции. То же самое справедливо и в обратную сторону.

Да и вообще говоря, нам не стоит импортировать сейчас всё, что сами знаете где происходит, у них весьма резкая поляризация, когда уже за публикацию другого мнения увольняют редактора с одной стороны, и призывают стрелять по протестующим с другой.

У нас тут и без того культуры нормальной политической дискуссии до сих пор нет, так ещё давайте импортируем ещё большую поляризацию, чтобы и тут вместо налаживания диалога (хоть внутри оппозиции, хоть оппозиция-правительство), скатиться в ещё больший радикализм.

торговцы окнами

«В моей Москве
Сады наполнены железом и стеклом
На синеве
Лишь зелень майская видна
Смотри какая тишина
Спит в воздухе моём»

Василий Ломакин

1 Окно внутрь

Шум больших городов и насыщенность духовной жизни в них во время эпидемии снизились настолько, что люди вновь обратили внимание на природу: «природа очистилась настолько, что…» есть ни что иное, как мем-инверсия, своим появлением указывающий на факт смены фокуса во взгляде наблюдателя — от общественного, которое на время (да и само время тоже) арестовано и лиминализировано (BC — before coronavirus → вы находитесь здесь → AC — after coronavirus), к природе, которая всегда была здесь (а точнее, мы в/с ней) и никуда не уходила, чтобы сейчас вернуться.

Москва, как и другие мегаполисы мира, действительно сейчас шумит существенно меньше. Уровень физического фонового шума снизился настолько, что птиц за окном сейчас слышно не только ночью, но и на протяжении всего дня. За это самое окно, в отсутствие возможности выйти в данный момент за его пределы, я сейчас и смотрю — весьма регулярно, обозревая тот крохотный уголок внешнего мира, вид на который о(к)но [мне] предоставляет.

За время двух с лишним месяцев карантина я заново научился не только слышать, но и видеть птиц — ежедневно наблюдаю как пеночка-весничка на ближайшем к окну дереве охотится за насекомыми в качестве увлекательного природного сериала. Дерево и птицы за окном были всегда — просто я давно не обращал на них внимания.

Более того, дерево и птицы в разных своих вариантах существовали за окном настолько давно, что никакой (мета)позиции «за окном» тогда ещё не существовало. Попросту в силу того, что они — деревья и птицы — существовали тогда, когда не было ещё ни самого человека с его оком, ни жилища человека с его окном, придуманного в качестве способа смотрения на мир; способа отстранённого, безопасного, но в то же время прозрачного взгляда на мир.

Так вот, об окнах. А что если теперь я скажу вам, что «торговцы окнами» — поставщики оптики, самой возможности взгляда — сейчас являются самыми богатыми людьми на нашей планете. Более того, они в буквальном смысле этого слова богатеют с каждой минутой нашего глазения в окно.

Прямо сейчас, в момент написания сего текста, позицию №1 в нём занимает Джефф Безос, позицию №2 — Уильям Генри Гейтс III, он же Билл Гейтс. Их сферу бизнеса журнал «Форбс» определяет как «технологии» — на английском «technology». Так вот эта самая технология, которую они нам продают, и есть то самое «окно», через которое мы смотрим на мир. Это, разумеется, требует пояснения, о чём дальше и пойдёт речь в этом тексте.

2 И если ты долго смотришь в бездну

В случае Гейтса всё достаточно очевидно, ведь его «операционная система» (то есть упорядоченный набор возможных и доступных пользователю операций) прямо так и называется — «Окна» («Windows» в оригинале; хотя это вы и без меня знаете).

Окно, оптика, возможность увидеть информацию, которая без наличия этой технологии не могла бы быть увидена невооружённым глазом. Прошлое (в произвольном порядке): линзы, увеличительное стекло, монокль, бинокль, телескоп, микроскоп, окно → настоящее: экран монитора → экран смартфона → гиперэкран.

В случае Безоса это не столь быстро бросается в глаза, но всё же также не особо скрыто от вдумчивого взгляда (чему во временное безвременье карантина и следует предаваться). «Окна» Безоса это технология моментального взгляда на глобальный рассредоточенный по всему миру склад. Электронное окно в бесконечный мир вещей — складской гиперэкран. Разумеется, ещё и с хорошим пиаром — изначальное макабрическое название «Cadabra, Inc.» (в нём слышалось «cadaver», пахло нежитью) пришлось сменить на «Amazon» — это тот же монокль, только «пердюмонокль» — буквально, вызывающее сильное удивление (оно же amazement), ассоциирующееся с экзотическими дождевыми лесами Амазонки с их огромным биоразнообразием (подобным каталогу товаров на Амазоне сейчас).

Окно — но куда направлен взгляд? Когда я любуюсь пируэтами пеночки-веснички, то мой взгляд направлен вовне — на природу; когда же я пишу этот текст (и вообще делаю всё что угодно электронно), то мой взгляд направлен внутрь. Окно вовне — это технология прошлого, окно внутрь — это технология настоящего и, скорее всего, будущего.

Именно технология «окно внутрь» приносит гейтсам, безосам, фейсбукам, нетфликсам, и прочим «торговцам окнами» (те же Google Search, Uber, AirBnB, Booking.com — всего лишь предоставляют возможность взгляда на гиперэкран агрегированных данных, собранных от подключённых к системе контрагентов, которыми они не владеют) такую прибыль. И в карантине, когда мы только и делаем, что смотрим внутрь экрана, эта прибыль размножается ещё быстрее, пропорционально проведённому нами у этого окна времени. Время [просмотра|взаимодействия|использования взгляда] = деньги.

Окно внутрь — это взгляд в неживой мир машин, бездну нулей и единиц, в содержимое жёстких дисков, разбросанных по всему миру. В одной из сцен «Матрицы» Нео проникает внутрь агента Смита и начинает видеть из чего сделана Матрица, её программный код. Вот эта способность видеть, смотреть внутрь и есть технология «окна внутрь», лицензию на которую мы и покупаем. Сама эта способность видеть, само «окно внутрь» тоже является программным кодом. Программный код как проводник из мира живых в мир машин, имеющий возможность копироваться и размножаться как вирус — по сути, это новое «окно внутрь» является не чем иным как перекодировкой нашего взгляда, каналом связи живого мира человека и его взгляда на информацию, собираемую, хранимую и обрабатываемую миром машин.

Эта перекодировка взгляда, смена оптики — разработка возможности другого взгляда — и есть самое ценное здесь. Как в своё время, о чём писал Фуко, смена оптики, смена взгляда на больного позволила создать современную медицину, так и сейчас — смена взгляда на производство, хранение, обработку и предоставление информации сделала возможным тот технологический мир, которым мы сейчас окружены.

3 То бездна тоже смотрит в тебя

Продолжая рассматривать современные информационные технологии под таким углом, можно достаточно легко понять логику, по которой они сейчас развиваются.

Как говорил сам Безос в одном из своих интервью: «There’s nothing about our model that can’t be copied over time. But you know, McDonald’s got copied. And it still built a huge, multibillion-dollar company. A lot of it comes down to the brand name. Brand names are more important online than they are in the physical world.»

Именно так. Когда сама технология нового взгляда внутрь уже отработана, то важным становится только её правильно позиционировать и продавать, поскольку технология одинакова у всех. Отсюда весь рынок SMM, продвижения в социальных сетях, например — борьба за наше внимание в выдаче поисковика — то есть в «окне внутрь» данных за то, на какие из них мы смотрим.

Но самое главное здесь другое: как и предвидел Безос, со временем все всё друг у друга начинают копировать, технология «окна» распространяется с помощью диффузии, перекрёстного опыления, да и просто банального воровства. И тогда встаёт вопрос уже не «как показывать» (этой смене оптики уже все обучились), а «что показывать».

«(Construct)
Morpheus: This is the construct. It’s our loading program. We can load anything from clothing, to equipment, weapons, training simulations, anything we need.»

Так и есть, Амазон может загружать и продавать какой угодно товар, но только не созданный им самим.

А вот в Фейсбук мы уже сами данные загружаем добровольно. Соцсети вообще это три ингридиента — наши данные, программный код по их обработке («окно внуть» этих данных) и реклама.

И это и есть логическое продолжение, создающее новую добавленную стоимость — новому взгляду необходимо на что-то смотреть, чтобы удерживать его внимание. А значит самыми важными становятся именно что данные, Big Data. Как можно больше данных — в пределе, прокручиваемая бесконечно лента данных; больших настолько, чтобы смотрящий никогда не увидел их конца; чтобы они были в вечном изобилии, достаточном для того, чтобы приковать внимание навечно (тем самым получая бесконечный источник дохода). Amazing, isn’t it?

А раз нужны данные, то их надо откуда-то брать, то есть собирать. И вот уже мы сами с помощью социального инжиниринга загружаем свои данные — бесплатно и добровольно.

Но и этих, загружаемых нами данных не хватает, поэтому следующий шаг — не только мы смотрим с помощью «окна внутрь» на информацию хранимую на машинах, но и они теперь вездесущи и смотрят на нас и снимают с нас телеметрию, круглосуточно, беспристрастно — пульсометры, сканеры отпечатков пальцев, сканеры сетчатки глаз, камеры смартфонов, камеры телевизоров, камеры в офисах, камеры на дорогах, камеры везде — сама эта неживая бездна теперь смотрит в тебя, 24/7.

Это — гиперэкран в обе стороны: мы смотрим в бездну данных, и бездна данных смотрит в нас, поскольку для неё мы лишь источник новой бездны данных. Которые сразу же, мгновенно загружаются туда, куда мы смотрим — так, во время видеозвонка, мы смотря на камеру видим себя, но уже в качестве загруженных данных, обработанных программным кодом.

А дальше мы уже сейчас начинаем отказываемся смотреть через «окно вовне» совсем, надевая очки дополненной реальности — самая свежая версия «окна внутрь» — и погружаясь в мир игр, поскольку там уже по-настоящему бесконечный «виртуальный» мир бесконечных данных и возможностей — симулякр, зависящий только от нашего воображения. Наш же «реальный», «настоящий» мир, который мы видим через «окно вовне» — предельно конечен и уже не так поражает воображение и захватывает взгляд.

«Neo: Right now we’re inside a computer program?
Morpheus: Is it really so hard to believe? Your clothes are different. The plugs in your arms and head are gone. Your hair is changed. Your appearance now is what we call residual self image. It is the mental projection of your digital self.
Neo: This…this isn’t real?

Morpheus: What is real. How do you define real? If you’re talking about what you can feel, what you can smell, what you can taste and see, then real is simply electrical signals interpreted by your brain. This is the world that you know. The world as it was at the end of the twentieth century. It exists now only as part of a neural-interactive simulation that we call the Matrix. You’ve been living in a dream world, Neo. This is the world as it exists today…. Welcome to the Desert of the Real. We have only bits and pieces of information but what we know for certain is that at some point in the early twenty-first century all of mankind was united in celebration. We marveled at our own magnificence as we gave birth to AI.
Neo: AI? You mean artificial intelligence?» (https://sfy.ru/transcript/matrix_ts)

P.S. AI, искусственный интеллект на основе больших данных (да уже и без них) — это тема, которая выходит за рамки данного текста.

ценности на выходе из карантина

Природа так очистилась, что рейтинг Путина в батискафе устремился туда, где ему и должно существовать, — на дно. И граждане уже не хотят никакого обнуления.

Даже не верится, что «раздражение, агрессия в адрес власти оказалась направлена, главным образом, на президента лично». Это очень хорошая новость, потому что он должен лично за всё происходящее со страной ответить.

===

Российское общество выйдет из карантина с изменившимся ценностями и политическими взглядами

«В апреле впервые, наверное, за всю историю опросов «Левада центра» уровень доверия к руководителям регионов превысил уровень доверия к президенту.»

«Хотя, надо отметить, это связано с еще одним беспрецедентным в нашей истории событием — сам рейтинг одобрения президента, то есть ответ на вопрос «Одобряете ли вы деятельность президента Владимира Путина?», упал в апреле до уровня, невиданного в 2000-е годы. Он оказался на уровне, который близок к периоду, когда Владимир Путин был еще премьер-министром в 1999 году.»

«Да, здесь, наверное, самое важное, что я бы хотела сказать. Как я уже сказала, раздражение, агрессия в адрес власти оказалась направлена, главным образом, на президента лично. Люди говорят, что рыба гниет с головы и, соответственно, все это нужно менять. Поэтому, к вашему вопросу, об обнулении — это уже практически нереализуемый сценарий, если бы он реализовывался в более-менее легитимных рамках.»

P.S. 29 мая 2020: Чтобы не быть голословным. Только с января по май 2020 рейтинг доверия Путину упал на 10% — теперь всего лишь 25%. И это не может не радовать: https://www.levada.ru/2020/05/29/doverie-k-politikam/