торговцы окнами

«В моей Москве
Сады наполнены железом и стеклом
На синеве
Лишь зелень майская видна
Смотри какая тишина
Спит в воздухе моём»

Василий Ломакин

1 Окно внутрь

Шум больших городов и насыщенность духовной жизни в них во время эпидемии снизились настолько, что люди вновь обратили внимание на природу: «природа очистилась настолько, что…» есть ни что иное, как мем-инверсия, своим появлением указывающий на факт смены фокуса во взгляде наблюдателя — от общественного, которое на время (да и само время тоже) арестовано и лиминализировано (BC — before coronavirus → вы находитесь здесь → AC — after coronavirus), к природе, которая всегда была здесь (а точнее, мы в/с ней) и никуда не уходила, чтобы сейчас вернуться.

Москва, как и другие мегаполисы мира, действительно сейчас шумит существенно меньше. Уровень физического фонового шума снизился настолько, что птиц за окном сейчас слышно не только ночью, но и на протяжении всего дня. За это самое окно, в отсутствие возможности выйти в данный момент за его пределы, я сейчас и смотрю — весьма регулярно, обозревая тот крохотный уголок внешнего мира, вид на который о(к)но [мне] предоставляет.

За время двух с лишним месяцев карантина я заново научился не только слышать, но и видеть птиц — ежедневно наблюдаю как пеночка-весничка на ближайшем к окну дереве охотится за насекомыми в качестве увлекательного природного сериала. Дерево и птицы за окном были всегда — просто я давно не обращал на них внимания.

Более того, дерево и птицы в разных своих вариантах существовали за окном настолько давно, что никакой (мета)позиции «за окном» тогда ещё не существовало. Попросту в силу того, что они — деревья и птицы — существовали тогда, когда не было ещё ни самого человека с его оком, ни жилища человека с его окном, придуманного в качестве способа смотрения на мир; способа отстранённого, безопасного, но в то же время прозрачного взгляда на мир.

Так вот, об окнах. А что если теперь я скажу вам, что «торговцы окнами» — поставщики оптики, самой возможности взгляда — сейчас являются самыми богатыми людьми на нашей планете. Более того, они в буквальном смысле этого слова богатеют с каждой минутой нашего глазения в окно.

Прямо сейчас, в момент написания сего текста, позицию №1 в нём занимает Джефф Безос, позицию №2 — Уильям Генри Гейтс III, он же Билл Гейтс. Их сферу бизнеса журнал «Форбс» определяет как «технологии» — на английском «technology». Так вот эта самая технология, которую они нам продают, и есть то самое «окно», через которое мы смотрим на мир. Это, разумеется, требует пояснения, о чём дальше и пойдёт речь в этом тексте.

2 И если ты долго смотришь в бездну

В случае Гейтса всё достаточно очевидно, ведь его «операционная система» (то есть упорядоченный набор возможных и доступных пользователю операций) прямо так и называется — «Окна» («Windows» в оригинале; хотя это вы и без меня знаете).

Окно, оптика, возможность увидеть информацию, которая без наличия этой технологии не могла бы быть увидена невооружённым глазом. Прошлое (в произвольном порядке): линзы, увеличительное стекло, монокль, бинокль, телескоп, микроскоп, окно → настоящее: экран монитора → экран смартфона → гиперэкран.

В случае Безоса это не столь быстро бросается в глаза, но всё же также не особо скрыто от вдумчивого взгляда (чему во временное безвременье карантина и следует предаваться). «Окна» Безоса это технология моментального взгляда на глобальный рассредоточенный по всему миру склад. Электронное окно в бесконечный мир вещей — складской гиперэкран. Разумеется, ещё и с хорошим пиаром — изначальное макабрическое название «Cadabra, Inc.» (в нём слышалось «cadaver», пахло нежитью) пришлось сменить на «Amazon» — это тот же монокль, только «пердюмонокль» — буквально, вызывающее сильное удивление (оно же amazement), ассоциирующееся с экзотическими дождевыми лесами Амазонки с их огромным биоразнообразием (подобным каталогу товаров на Амазоне сейчас).

Окно — но куда направлен взгляд? Когда я любуюсь пируэтами пеночки-веснички, то мой взгляд направлен вовне — на природу; когда же я пишу этот текст (и вообще делаю всё что угодно электронно), то мой взгляд направлен внутрь. Окно вовне — это технология прошлого, окно внутрь — это технология настоящего и, скорее всего, будущего.

Именно технология «окно внутрь» приносит гейтсам, безосам, фейсбукам, нетфликсам, и прочим «торговцам окнами» (те же Google Search, Uber, AirBnB, Booking.com — всего лишь предоставляют возможность взгляда на гиперэкран агрегированных данных, собранных от подключённых к системе контрагентов, которыми они не владеют) такую прибыль. И в карантине, когда мы только и делаем, что смотрим внутрь экрана, эта прибыль размножается ещё быстрее, пропорционально проведённому нами у этого окна времени. Время [просмотра|взаимодействия|использования взгляда] = деньги.

Окно внутрь — это взгляд в неживой мир машин, бездну нулей и единиц, в содержимое жёстких дисков, разбросанных по всему миру. В одной из сцен «Матрицы» Нео проникает внутрь агента Смита и начинает видеть из чего сделана Матрица, её программный код. Вот эта способность видеть, смотреть внутрь и есть технология «окна внутрь», лицензию на которую мы и покупаем. Сама эта способность видеть, само «окно внутрь» тоже является программным кодом. Программный код как проводник из мира живых в мир машин, имеющий возможность копироваться и размножаться как вирус — по сути, это новое «окно внутрь» является не чем иным как перекодировкой нашего взгляда, каналом связи живого мира человека и его взгляда на информацию, собираемую, хранимую и обрабатываемую миром машин.

Эта перекодировка взгляда, смена оптики — разработка возможности другого взгляда — и есть самое ценное здесь. Как в своё время, о чём писал Фуко, смена оптики, смена взгляда на больного позволила создать современную медицину, так и сейчас — смена взгляда на производство, хранение, обработку и предоставление информации сделала возможным тот технологический мир, которым мы сейчас окружены.

3 То бездна тоже смотрит в тебя

Продолжая рассматривать современные информационные технологии под таким углом, можно достаточно легко понять логику, по которой они сейчас развиваются.

Как говорил сам Безос в одном из своих интервью: «There’s nothing about our model that can’t be copied over time. But you know, McDonald’s got copied. And it still built a huge, multibillion-dollar company. A lot of it comes down to the brand name. Brand names are more important online than they are in the physical world.»

Именно так. Когда сама технология нового взгляда внутрь уже отработана, то важным становится только её правильно позиционировать и продавать, поскольку технология одинакова у всех. Отсюда весь рынок SMM, продвижения в социальных сетях, например — борьба за наше внимание в выдаче поисковика — то есть в «окне внутрь» данных за то, на какие из них мы смотрим.

Но самое главное здесь другое: как и предвидел Безос, со временем все всё друг у друга начинают копировать, технология «окна» распространяется с помощью диффузии, перекрёстного опыления, да и просто банального воровства. И тогда встаёт вопрос уже не «как показывать» (этой смене оптики уже все обучились), а «что показывать».

«(Construct)
Morpheus: This is the construct. It’s our loading program. We can load anything from clothing, to equipment, weapons, training simulations, anything we need.»

Так и есть, Амазон может загружать и продавать какой угодно товар, но только не созданный им самим.

А вот в Фейсбук мы уже сами данные загружаем добровольно. Соцсети вообще это три ингридиента — наши данные, программный код по их обработке («окно внуть» этих данных) и реклама.

И это и есть логическое продолжение, создающее новую добавленную стоимость — новому взгляду необходимо на что-то смотреть, чтобы удерживать его внимание. А значит самыми важными становятся именно что данные, Big Data. Как можно больше данных — в пределе, прокручиваемая бесконечно лента данных; больших настолько, чтобы смотрящий никогда не увидел их конца; чтобы они были в вечном изобилии, достаточном для того, чтобы приковать внимание навечно (тем самым получая бесконечный источник дохода). Amazing, isn’t it?

А раз нужны данные, то их надо откуда-то брать, то есть собирать. И вот уже мы сами с помощью социального инжиниринга загружаем свои данные — бесплатно и добровольно.

Но и этих, загружаемых нами данных не хватает, поэтому следующий шаг — не только мы смотрим с помощью «окна внутрь» на информацию хранимую на машинах, но и они теперь вездесущи и смотрят на нас и снимают с нас телеметрию, круглосуточно, беспристрастно — пульсометры, сканеры отпечатков пальцев, сканеры сетчатки глаз, камеры смартфонов, камеры телевизоров, камеры в офисах, камеры на дорогах, камеры везде — сама эта неживая бездна теперь смотрит в тебя, 24/7.

Это — гиперэкран в обе стороны: мы смотрим в бездну данных, и бездна данных смотрит в нас, поскольку для неё мы лишь источник новой бездны данных. Которые сразу же, мгновенно загружаются туда, куда мы смотрим — так, во время видеозвонка, мы смотря на камеру видим себя, но уже в качестве загруженных данных, обработанных программным кодом.

А дальше мы уже сейчас начинаем отказываемся смотреть через «окно вовне» совсем, надевая очки дополненной реальности — самая свежая версия «окна внутрь» — и погружаясь в мир игр, поскольку там уже по-настоящему бесконечный «виртуальный» мир бесконечных данных и возможностей — симулякр, зависящий только от нашего воображения. Наш же «реальный», «настоящий» мир, который мы видим через «окно вовне» — предельно конечен и уже не так поражает воображение и захватывает взгляд.

«Neo: Right now we’re inside a computer program?
Morpheus: Is it really so hard to believe? Your clothes are different. The plugs in your arms and head are gone. Your hair is changed. Your appearance now is what we call residual self image. It is the mental projection of your digital self.
Neo: This…this isn’t real?

Morpheus: What is real. How do you define real? If you’re talking about what you can feel, what you can smell, what you can taste and see, then real is simply electrical signals interpreted by your brain. This is the world that you know. The world as it was at the end of the twentieth century. It exists now only as part of a neural-interactive simulation that we call the Matrix. You’ve been living in a dream world, Neo. This is the world as it exists today…. Welcome to the Desert of the Real. We have only bits and pieces of information but what we know for certain is that at some point in the early twenty-first century all of mankind was united in celebration. We marveled at our own magnificence as we gave birth to AI.
Neo: AI? You mean artificial intelligence?» (https://sfy.ru/transcript/matrix_ts)

P.S. AI, искусственный интеллект на основе больших данных (да уже и без них) — это тема, которая выходит за рамки данного текста.